Главная Общество След, что люди зовут Судьба...
14.02.2012
Просмотров: 825, комментариев: 0

След, что люди зовут Судьба...

След, что люди   зовут Судьба...

О том, какая на самом деле оглушающая тишина, они поняли, когда на аэродроме под Питером умолк шум моторов, только что приземлившегося «борта» из Моздока. Это было их возвращение с войны......Игорь Беккер перед армией успел закончить профтехучилище и получить более чем современную профессию. Правда, компьютеризация в глубинке тогда еще не достигла нынешнего размаха и высказывались опасения, что не все дипломированные специалисты смогут сразу устроиться, что называется по профилю. Но ребята несмотря ни на что с юношеским пылом верили - впереди их ждет прекрасное будущее. В июне 1994 года его призвали в армию. Служить он мечтал, в детстве с братьями любили примерять отцовскую солдатскую форму. Кстати, дед Иван Петрович Фомин в Великую Отечественную дошел до Австрии, имел немало наград. Полгода учебы Игоря в общевойсковом центре «Кряж» стали основой для постижения армейской специальности связиста (начальник радиостанции средней мощности). Что же ждет их там, впереди? А впереди, как оказалось, была война, совсем не такая, как в кино. О том, что они попадут в Чечню, ребят предупредили прибывшие из 81 Самарского полка офицеры еще там, в Кряже. И в г.Черноречье они пробыли всего-то три дня, даже осмотреться толком не успели - полк уже находился в боевой готовности к полевому маршу. Затем погрузка в эшелоны. ...Их колонна входила в Грозный в новогоднюю ночь. Когда выезжали рано утром от места выгрузки эшелонов, ребята еще не знали, что им предстоит пережить такое, что они станут участниками штурма столицы самопровозглашенной Ичкерии. Непрерывный двенадцатичасовой путь полка в боевом марше до столицы Чечни не был похож, конечно, на парадный строй. Но все же у каждого из ребят мысли невольно возвращались к недавнему прошлому. Дома родители, наверное, желали им счастливого 1995 года. Где-то там, где не было войны, гремели петарды и «стреляло» шампанское. А здесь перед ними стоял горящий город, кругом канонада, стрельба, рев моторов. В их КШМ (командно-штабной машине), шедшей в общей колонне танков и БТРов, кстати, не было ни пулемета, ни пушки, так что в ответ стрелять было не из чего. Помяни нас, Россия, в декабрьскую стужу, Перед тем, как сойдёшься за праздничный стол. Вспомни тех, кто присяги тебе не нарушил, Кто берёг тебя вечно и в вечность ушёл. Потом про этот штурм города напишут: в город вступили около 250 единиц бронетехники, крайне уязвимой в уличных боях. Российские войска были плохо подготовлены, между различными подразделениями не было налажено взаимодействие, у многих солдат не было боевого опыта. Войска имели устаревшие планы Грозного в ограниченном количестве. Средства связи не были оборудованы аппаратурой закрытой связи, что позволяло противнику перехватывать переговоры. Войскам довели приказ о занятии только промышленных зданий, площадей и недопустимости вторжения в дома гражданского населения. Но это было потом, а тогда в меру своих возможностей военные стремились выполнить поставленные перед ними задачи. Для Игоря и его сослуживцев она состояла в том, чтобы наладить надежную связь. Было это не так-то просто. Из всех командно-штабных машин полка всего-то оставалось на ходу две. В одной из сгоревших за три недели боев сгинули все его личные вещи, в том числе и фотографии. Но это было не главное. А дома жили в постоянной тревоге. Мама, Людмила Ивановна, сначала просто удивилась: с самого начала службы каждый день сын писал хоть пару строк, а тут замолчал. Потом по телевизору промелькнул сюжет о первом воинском эшелоне в Чечню, и материнское сердце вздрогнуло - что-то случилось. Людмила Ивановна не считала себя сильно верующим человеком, но тогда каждый день начала читать молитвы. Они-то и спасли, считает она, ее мальчика в той страшной «мясорубке». Родители звонили в часть, затем в военкоматы. Сначала им говорили, что Игорь не может позвонить, потому что на «точке». Потом все же известили - полк ушел в Чечню. - Были очередные выборы, все ушли голосовать, а я осталась дома, - голос Людмилы Ивановны и сегодня дрожит от переполняющих эмоций. - И тут звонок, в трубке - голос сына. Было слышно плоховато: «Мама, я сейчас... в дворце». В трубке что-то прошуршало и голос умолк. Новый звонок был уже из Сестрорецкого госпиталя. Нас пригласили туда проведать Игоря. Бои продолжались, всего-то два-три перерыва на временное перемирие, во время которого можно было присмотреться вокруг и понять - совсем недавно это был красивый город. Он был на броне своей КШМ, пытаясь наладить антенны, когда начался очередной обстрел и в соседнюю машину попал снаряд. Взрывной волной Игоря скинуло на мостовую... У сержанта бывшего с Афгана, Сына два - курносых мальчугана. Телевизор день и ночь глядят. Смотрят без разбору все подряд. Увидав разбитый город Грозный, Старший сын спросил вполне серьёзно: Папа, если кончится Чечня, На какой войне убьют меня? ...Сколько он пролежал без сознания на земле, кто теперь скажет. С тех пор никого из своих боевых друзей он не видел, хотя пытался несколько раз по прошествии лет найти хоть кого-то. Но ни «Вконтакте», ни в «Одноклассниках» не откликнулся никто. А тогда раненых на машинах вывезли на окраину Грозного, оттуда на вертолете - в Моздок. Из Моздока уже другим бортом, вмещавшим больше людей, - в Санкт-Петербург. Там и проходил лечение сначала в Петергофе, затем в самой северной столице. А затем продолжил службу в 95-й бригаде связи. В декабре 1995-го, после полутора лет службы, Игорь вернулся домой. Во время учебы в училище он проходил практику в управлении Пенсионного фонда и демобилизованного солдата сразу же пригласили туда на работу компьютерщиком. Дальше была учеба по специальности в вузе, работа, дом, семья. Словом, все, как и у большинства сверстников... След от пота, что ест глаза, След от пули, когда стрельба, След, когда по щеке - слеза, След, что люди зовут Судьба...

Л.Матвеева.

К истории вопроса

По официальным уточненным данным, приведенным в книге «Россия и СССР в войнах XX века: Статистическое исследование», вышедшей в 2001 году, в первой чеченской войне (1994-1996) погибло 5042 солдата и офицера федеральных сил, пропали без вести - 510, ранены, контужены, травмированы - 16 098.
В целом безвозвратные потери федеральных сил составляют 5552 человека, в том числе 3680 военнослужащих Вооружённых Сил РФ и 1872 человека от МВД и других ведомств.
По данным Союза комитетов солдатских матерей, в 1994-1996 годах в Чечне погибло около 14 тыс. военнослужащих.
Официальные данные о потерях советских войск в Афганистане: 15 051 погибших, 53 753 раненых, 417 пропавших без вести.

Комментарии

Архив новостей

понвтрсрдчетпятсубвск
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 
       

Опросы

Сколько пачек сигарет вы выкуриваете за день?
Посмотреть итоги
Все опросы

Реклама

Каталог организаций